Уткин анатолий первая мировая война

Основной задумкой, сквозной нитью проходящей через все книги, является желание дать читателю общую картину жизни России в период Первой мировой войны на современном уровне представлений, отказавшись от рамок, установленных для прежней, советской историографии и заданностью ряда ее оценок. Разумеется, это не означает, что мы отвергаем историографическое наследие: авторы Русского зарубежья (на западных и русском языках), а также исследователи во всем мире в течение многих десятилетий использовали труды лучших историков советской поры, которые сумели ввести в научный оборот огромный пласт архивных документов, публицистики, мемуаров и дневников. Ряд их выводов и наблюдений по-прежнему сохраняет ценность, что нашло отражение в представляемом трехтомнике. По этой причине участники настоящего проекта сочли возможным не повторять полный набор тем и сюжетов, хорошо представленных в литературе, стараясь, по возможности, по-новому взглянуть на некоторые, казалось бы, известные вопросы и сосредоточиться на болевых точках отношений государства и общества. По жанровой принадлежности эти тома - не коллективный труд, основанный на единстве концепции, и не сборники лишь тематически близких одна к другой статей, а книги очерков, посвященных разностороннему рассмотрению и оценке одной из коренных проблем российской истории - судьбе империи в связи с Первой мировой войной. Авторы придерживаются разных взглядов на основные вопросы, связанные с последними годами существования Российской империи, это легко заметить при внимательном чтении. Разница в оценках и представлениях является существенной, но она отражает состояние современного знания. Редколлегия не ставила перед собой задачи нивелировать ее. Речь может идти только об общем подходе - основанные на фактах тексты, а не авторские впечатления. Авторы предназначают свою книгу не только специалистам-историкам, но и широкому читателю, который видит ныне в литературе и СМИ многочисленные настояния на соответствии старого строя потребностям и особенностям русского и других народов империи и утверждения об инспирированности извне и искусственности российского революционного процесса